?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Великолепный текст -ответ на мой пост про чувства врача к пациенту. Автор доказывает, что идея об эмоциональной отстраненности врача от пациента утопична, а на самом деле, врача и пациента связывает большое количество эмоций, отрицаемых, неотрефлексированных и поэтому, разрушительных. Скорее всего, истина, как обычно -где-то посередине. Но на мой взгляд, уважаемая anna_bastet очень точно описывает механизм врачебного выгорания и обосновывает истину, очевидную всем, кроме тех к кому это имеет прямое отношение: врачу, чтобы оставаться врачом, необходима регулярная работа с психологом -дабы направлять всех своих демонов, порождаемых постоянной близостью к черте жизнь/смерть, в более-менее конструктивное русло.

Также рекомендую другие тексты этого же автора:
Эмпатия — дар, проклятие, необходимость.http://anna-bastet.livejournal.com/59239.html
Нападение на архетип Целителя. http://anna-bastet.livejournal.com/58638.html

Оригинал взят у anna_bastet в "Я смотрел в эти лица и не мог им простить..."
или немного о психогигиене врача.

Необходимое пояснение — я пишу о врачах, имеющих возможность общаться с пациентом более-менее нормально, сверх 12 минут, щедро выделяемых на амбулаторный прием. Там — война, окопы, экстрим. И не про ситуации, когда врач — один на 100 верст, остальные недоступны.
Навеяно постами уважаемых sovenok101 http://doktor-killer.livejournal.com/4138046.html и оnoff http://onoff49.livejournal.com/519696.html#comments.

В 1-м популярно разъясняется, что врач — это такой специальный человек, который для выполнения своих обязанностей чувства выключает, а включает их исключительно по отношению к близким. А если надо лечить близких — переключается. Во 2-м — про врача, который чувства выключить не сумел, и по моему разумению, весьма здраво отказался лечить действующего любовника жены, попросив коллег сделать это вместо него.

Картинка, описанная sovenok101, прекрасна, но это, увы, желаемое. Врач помнит, что потенциально — он сам и его любимые люди — тоже тела на секционном столе. Конечно, он об этом не думает постоянно, иначе с ума сойдешь. Но как бы он ни старался эти два мира — больных и близких — не смешивать, каждый случай смерти напоминает человеку о его собственной конечности. Родные болеют и стареют. С ними случаются смерти и несчастные случаи. Попытка полностью выключить эмоции, отношение к человеку только как к телу, которое может оказаться в любой момент на секционном столе, весьма чревато для доктора. Расщепление — штука очень страшная, и когда к нему вынужденно прибегаешь слишком часто, утрачиваешь чувство реальности. К счастью, полное и постоянное расщепление для психически здорового человека в обычной жизни невозможно. Однако если врач отрицает, что смерть пациента или невозможность ему помочь, вызывают у него подавленное состояние - он всё равно будет ощущать потерю сил, и может даже заболеть. Если кто-то из его близких болен той же болезнью, что недавний пациент — врач еще и страх будет испытывать. Врачи часто — параноики по отношению к своим близким, потому что приучены подозревать самое худшее. Это если они с близкими «врача» не выключают. А если «выключают» - могут и серьезную болезнь просмотреть — потому как в роли обычного человека врач часто потенциально считает себя бессмертным. И близких — тоже. Или настолько боится их потерять, что одна мысль об их уязвимости для психики неприемлема.

Ещё одна причина, почему такое расщепление на постоянной основе опасно для врача - это потеря чувства важности своей работы. Если пациент — очередное тело — какой смысл? Причем такое тело, которому отказано даже в праве как-то влиять на врача как тело. А ведь мы получаем впечатления друг от друга — вид, запах, поведение. В этом мы - животные. Пока пациент вызывает у врача какие-то эмоции, даже отрицательные, — он — личность, его лечение сакрально. Но что сакрального в лечении тела без души, которое, согласно латинской пословице, есть труп? Даже не машина. Но выключить эмоции врачу невозможно. Он не может уподобиться механику. Детали машины не оживляют в нас зеркальных нейронов, не пробуждают ни проекций, ни переносов и контрпереносов, и редко способны вызвать неконтролируемые ассоциации. Даже на операционном столе тело пациента под наркозом в краткий период подготовки к операции вызывает у врача бессознательные ассоциации, симпатию или антипатию. Можно отключить осознание этого, но нельзя выключить сам процесс реагирования.

Отключать часто бывает необходимо —поскольку, если врач захвачен волной сострадания и желания помочь, боится причинить боль — он часто примет худшее для пациента решение. Именно поэтому так тяжело лечить своих — особенно если что-то инвазивное требуется. Переключиться в режим «диагност», когда перед тобой твой родитель, весьма проблематично, даже если умом ты понимаешь — дело пахнет керосином (перитонитом), и это срочно надо сделать.

Я искренне завидую иногда психотерапевтам. Им, особенно получившим добротную психоаналитическую подготовку, в этом смысле несколько проще — они приучены себя отслеживать, их работа во многом в том и состоит, чтобы отслеживать свои реакции на другого человека. У них есть хорошее правило, гласящее - «одна нога должна быть внутри процесса, а другая — снаружи» - это про способность понимать, что происходит, не сползая в рыдания вместе с клиентом над его тяжелой жизнью в момент, когда требуется анализ ситуации, например. У них есть то, что я про себя называю психогигиеной — это способность увидеть ситуацию со стороны, а если где-то обнаружился провал в собственных реакциях — дотошное исследование причин этого провала. Большая редкость, когда врач осознает свои чувства хотя бы настолько, чтобы передать коллеге пациента, которого не чувствует себя в силах лечить адекватно, как в посте Onoff . В этом случае он следует заповеди - «не навреди», и он прав и проявляет большое мужество.

Когда я потеряла брата, я на месяц выбыла из лечебного процесса, оставив только преподавание. Я просто не могла лечить. Да, у меня была такая возможность, а вот у подруги в свое время после смерти родителей — не было. Чтобы снизить вероятность врачебных ошибок, она была вынуждена увеличить время приема (тогда это еще реально было сделать) и перепроверять себя, начать пить антидепрессанты и ходить к психотерапевту. Это было насилие над собой, которое тяжело ударило впоследствии по ее здоровью. Но на тот момент она не могла себе позволить бросить работу даже на неделю (на самом деле — могла — уйдя на больничный, но идея, что врач должен лечить «несмотря ни на что», ей помешала).

Горе врача, гнев врача, болезнь даже им самим не считаются достаточным основанием для временной передышки. Врачи чаще отрицают свои эмоции, чем используют их как инструмент в работе и познании себя. Они изливают в Сети свой гнев по поводу хамства пациентов, администрации, нагрузок, груза ожиданий, навешиваемых на них обществом. Но их не слишком беспокоит отвращение, сексуальное влечение, сострадание, зависть, разочарование испытываемые ими к пациентам. Они просто не замечают своих чувств, утверждая, что их нет. В относительно спокойное время это, возможно, не так опасно. Архетип Целителя оказывается достаточным для проекций, роли четко поделены, и это покрывает многие косяки во взаимодействии. Но сейчас, когда общество штормит, а врачи и пациенты часто переполнены взаимной неприязнью, достаточно малейшего дополнительного камушка — и вот уже та самая маска, о которой пишет sovenok101, сорвана, и лавина покатилась с горы. Достаточно небольшого сходства с бывшим любовником, начальником, скандальным пациентом из недавнего или давнего прошлого — и врач, сам того не замечая, становится невольным участником скандала, виной которому — его собственные незамеченные проекции, страхи и т. п. и проекции пациента. Пациент будет обвинять доктора во всех смертных грехах, хотя при детальном разборе, который администрация чаще всего не считает нужным устраивать, всё обычно сводится к «не тем тоном сказал» и «не так посмотрел». И пока в медвузе не будет преподаваться хотя бы минимума психологии, который позволит врачу понимать, что, собственно, происходит между ним и пациентом под тонким слоем ролевой игры "доктор - больной" — наши доктора будут рассказывать пациентам, что они не обязаны их любить, и это весьма мешает лечению (что правда, но не вся), и тихо загибаться от выгорания и сопутствующих психосоматических болячек, а вину свою часто видеть не там, где она есть, а там, где ее нет.

Posts from This Journal by “медицина” Tag

  • Ночной медицинский кошмар

    Хочу затронуть реально страшную медицинскую тему. Впечатлительным и обитателям мира розовых пони под кат не ходить. В общем, повод для размышлений…

  • Сор из избы?

    Когда пост выходит в топ, это по-блогерски приятно, что уж греха таить. С другой стороны, вместо обсуждения интересной для меня ситуации в уютном…

  • Санпросвет про пневмонию

    Страшная статья про смерть двухлетнего ребенка от пневмонии, которую дружно проморгали педиатр поликлиники и скорая помощь.…

Comments

( 9 comments — Leave a comment )
veter_nad_rekoj
Mar. 17th, 2016 02:33 pm (UTC)
Читать о том, что врачи все же люди, приятнее, чем о том, что они холодные механизмы, а пациенты - набор органов.

Просьба по тексту: поделите на абзацы, а то мысль не ловится.
sovenok101
Mar. 17th, 2016 02:37 pm (UTC)
Все же люди, которые, при таких раскладах, неизменно плохо кончат.
Сейчас поделю.
anna_bastet
Mar. 17th, 2016 04:40 pm (UTC)
Спасибо! Если бы не Ваш пост - моего бы не было точно :).
sovenok101
Mar. 17th, 2016 05:04 pm (UTC)
Вы очень точно пишете про отношения врач-пациент и про образ врача в голове пациента. Интересно было бы порассуждать о противоречии: изначальное представление о враче как о магическом защитнике и портрет невежественного и жадного убийцы, который рисуют современные сми. С одной стороны -когнитивный диссонанс в голове пациента, с другой -отсутствие там места для реального врача.
anna_bastet
Mar. 18th, 2016 06:54 am (UTC)
На мой взгляд, противоречие кажущееся - пациент зависим от врача, он заинтересован в вере доброго волшебника. Но где добрый волшебник и бескорыстный целитель - там и злой волшебник, шарлатан, и даже убийца. Только этот аспект вытесняется в нормальной ситуации. Он выходит на 1-й план, когда что-то не так - в обществе или конкретном взаимодействии врач-пациент. У Гугенбюля-Крейга про это хорошо написано - про Тень помогающей профессии. Ему, конечно, и не снились такие навороты, как сейчас в нашей стране, поэтому их он не учитывал.
sovenok101
Mar. 18th, 2016 04:47 pm (UTC)
ТО есть, идет раскачивание уже существующих весов?
Забавно, кстати было бы придумать сказку с участием таких вот амбивалентных помощников-врачей. Колодец, в который ныряет Иван-больной-дурак -это приемное отделение, Кот-Баюн -терапевт, Баба Яга -хирург, Кощей Бессмертный -реаниматолог. Что бы они помогли, нужно в каждом случае вести себя правильно:))
anna_bastet
Mar. 20th, 2016 06:18 am (UTC)
Насчёт сказки - игры - прекрасная идея. Конечно, кроме коллег в неё вряд ли кто играть будет, но смена ролей всегда полезна )).
annakirspb
Mar. 23rd, 2016 12:17 am (UTC)
Интересно было бы порассуждать о противоречии: изначальное представление о враче как о магическом защитнике и портрет невежественного и жадного убийцы, который рисуют современные сми.

С юристами (адвокатами) то же самое.
Волшебник с одной стороны (ну сделайте же, вы же юрист!)
С другой - стяжатель, тянущий деньги из сирот и несчастных.
sovenok101
Mar. 23rd, 2016 04:16 am (UTC)
И с учителями. Вообще со всеми "помогающими профессиями". Наверное, это страх зависимости.
( 9 comments — Leave a comment )