September 3rd, 2015

Спящий Макаренко

Впервые увидела младшего сына, рыдающего, почти завывающего от ужаса. Он, вообще-то, вполне уравновешенный человечек.
А дело было так. К нам в гости пришел его друг, тоже восьми лет. И они начали играть в химию. Взяли два разных фруктовых сока, сахар, соль и начали все это перемешивать. И пробовать.
Двухлетняя дочка играла с ними. А потом, устав, отправилась ко мне спать. И вот, во время укладывания, у нее начинается рвота. С полным возвратом съеденного с таким аппетитом ужина. Я привожу дочку и окружающее пространство в порядок и она, успокоившись, засыпает.
Захожу в детскую и объявляю, что шуметь надо потише, так как дочка заболела. Все интересуются, в чем дело, я рассказываю и добавляю, что обычно ее тошнит при повышении температуры, а сейчас, вроде, температуры нет, так что все это странно. Но утро вечера мудренее, завтра узнаем, словила ли она инфекцию или что-то не то съела.
И тут зарыдал младший сын. Оказывается, они, химича, дали эту смесь с солью и сахаром выпить дочке. Она сама попросила и ей, вроде, даже понравилось. А сейчас он испугался, что она заболела из-за этого. Я не знаю, что сказать. Вполне возможно. Двухлетний желудок такую солевую нагрузку мог и не выдержать. Говорю: "Больше так не делай" и считаю вопрос закрытым.
Через пару часов, когда мы провожали гостя, сын снова разрыдался. Оказывается, все это время он старался "держать лицо", а сейчас на него снова нахлынул весь ужас того, что он отравил сестренку. Он рыдает, я обнимаю его и обещаю, что с сестренкой все будет в порядке (так и оказалось: наутро она уже прыгала как ни в чем не бывало).
Подозреваю, что правильный родитель сумел бы произнести что-нибудь страшно педагогичное, чтобы сын извлек какой-нибудь важный урок-на-всю-жизнь. Но Макаренко во мне спал летаргическим сном. Какие тут уроки? То, что нельзя давать малышке все, что пьешь сам? Как-то мелковато для такой трагедии. То, что малыши уязвимее, чем кажутся? Да он и так с нее пылинки сдувает, чем она уже научилась нагло пользоваться. Единственный комментарий, вертевшийся у меня на языке был: "В следующий раз думай, что делаешь". Но в переводе на человеческий это означало бы: "Ты безмозглый идиот". Так что я оставила свои мысли при себе, повторив, что утро вечера мудренее. А утром сестренка сама прибежала его будить и, вообще, было первое сентября. Ужас ушел в прошлое. Пусть там и останется.