Давка на пустом месте
Сегодня наблюдала давку почти с мордобоем, организованную на пустом месте.
Самолет. В салоне один проход. Для посадки пассажиров открыли передний и хвостовой входы. Люди пошли, разумеется, не заглянув в билеты, и начали сталкиваться в узком проходе. Мы, к счастью, прошли практически первыми, так что в основном развлечении не участвовали: два потока людей с нехилой ручной кладью (у многих чемоданы на колесиках) двигались по узкому проходу навстречу друг другу. Стюардесс тут же затерли. Что бы кого-то пропустить, нужно было сесть, потому что просто встать между креслами многим не позволяли габариты.
Зачинщицей почтимордобоя стала весьма представительная дама, которую не пропустил явно слегка расслабившийся в дьюти фри не очень молодой человек. Какое-то время казалось, что дама выкинет невнятно обороняющегося невежу в ближайший иллюминатор. Но потом она, видимо, сообразила, что с разбитым иллюминатором самолет вообще никуда не полетит. Половину полета она во весь громоподобный голос возмущалась хамством окружающих, изводя, в небольших паузах, стюардессу: ей требовалось протереть столик, сделать воздух похолоднее, лететь так, чтобы меньше трясло и не было страшно...В сравнении с ее грохотом дружный вопль пары-тройки детей в носовой части салона казались почти музыкой.
Но все это никому особо не мешало. Рейс был ранний, ночь почти пропала. Муж и дочка проспали почти все 4 часа (их, правда, садистски будили стюардессы со своими попытками накормить-напоить, но почти безуспешно). А я в полудреме хихикала над представительной дамой, и наслаждалась мыслью, что орет не мой ребенок и мне не нужно никого успокаивать и ни перед кем извиняться. Все-таки хороший отдых идет явно на пользу характеру.
Самолет. В салоне один проход. Для посадки пассажиров открыли передний и хвостовой входы. Люди пошли, разумеется, не заглянув в билеты, и начали сталкиваться в узком проходе. Мы, к счастью, прошли практически первыми, так что в основном развлечении не участвовали: два потока людей с нехилой ручной кладью (у многих чемоданы на колесиках) двигались по узкому проходу навстречу друг другу. Стюардесс тут же затерли. Что бы кого-то пропустить, нужно было сесть, потому что просто встать между креслами многим не позволяли габариты.
Зачинщицей почтимордобоя стала весьма представительная дама, которую не пропустил явно слегка расслабившийся в дьюти фри не очень молодой человек. Какое-то время казалось, что дама выкинет невнятно обороняющегося невежу в ближайший иллюминатор. Но потом она, видимо, сообразила, что с разбитым иллюминатором самолет вообще никуда не полетит. Половину полета она во весь громоподобный голос возмущалась хамством окружающих, изводя, в небольших паузах, стюардессу: ей требовалось протереть столик, сделать воздух похолоднее, лететь так, чтобы меньше трясло и не было страшно...В сравнении с ее грохотом дружный вопль пары-тройки детей в носовой части салона казались почти музыкой.
Но все это никому особо не мешало. Рейс был ранний, ночь почти пропала. Муж и дочка проспали почти все 4 часа (их, правда, садистски будили стюардессы со своими попытками накормить-напоить, но почти безуспешно). А я в полудреме хихикала над представительной дамой, и наслаждалась мыслью, что орет не мой ребенок и мне не нужно никого успокаивать и ни перед кем извиняться. Все-таки хороший отдых идет явно на пользу характеру.